РОД. Часть 2

Часть 2

Кстати, моя прабабушка, выходец из богатого воронежского рода, а я, более чем сто лет спустя после их встречи с моим прадедом, дружу со своими родственниками по линии прабабушки.

Мое чуть более позднее исследование линии матери принесло не меньше невероятных открытий. Начну с того, что мне посчастливилось дойти до 1582 года. Мои предки по маминой линии пришли из Черкасс в Тулу в 16 веке, потом из Тулы переселились в Козлов (ныне Мичуринск). Они были строителями и первыми поселенцами в городе в 1637 году, а сам Козлов – часть знаменитой Белгородской засечной черты. Как и предки по отцовской линии, они охраняли границу империи.

Я также знаю, что они участвовали в строительстве города Ефремов в Тульской области, также части Засечной черты. Совсем недавно я проезжал мимо Ефремова и заехал в местный краеведческий музей. Они удивились, когда я рассказал, что мои предки строили их город. Они же указали мне на место расположения первой деревянной крепости на возвышенности. Сейчас там церковь. Я сел у обрыва, и передо мной открылся вид, который, должно быть, открывался перед моим давним предком почти 400 лет назад: классический русский пейзаж с церковью на возвышенности у реки.

В 2019 году я поехал на малую родину предков по маминой линии в Козлов в Тамбовской области. Я гулял по деревне, где мои предки жили столетиями. Им принадлежал большой надел примерно в 20 га по нынешним меркам с речкой, лесом и полями. Предполагаю, что они его получили после окончания строительства города. Я зашел в церковь, где крестили, отпевали и венчали поколения моих предков. Я гулял по кладбищу, где треть могил была с девичьей фамилией моей матери.

Уже на выезде из города мне позвонила бабушка и попросила заехать в город. Она указала лишь одно здание и сказала, что где-то там живут наши родственники по линии деда. Мягко говоря, не бог весть какие координаты. Мне не хотелось разворачиваться, но что-то толкнуло меня, и я все же решил заехать. Дальше события развивались следующим невероятным образом: на крыльце ДК, который указала бабушка, стояла одна пожилая женщина.

Я подошел и назвал фамилию деда. Она его не знала, но указала мне на церковь рядом. Я зашел в церковь и прямо в очереди за свечкой спросил, не знает ли кто моего деда. Женщина в очереди сказала, что знает его сестру. Она согласилась отвести меня к ней и через 10 минут я уже стоял на пороге перед моей двоюродной бабушкой… Несмотря на то, что мамин род по прямой мужской линии имел такую интересную историю, бабушка мало про них рассказывала.

Хотя мои предки не только строили Засечную черту, но также участвовали в петровских азовских походах и русско-турецкой войне 1877-1878 годов.

Бабушка развелась с дедом, когда маме было десять лет. Я чувствовал, что как будто восстановил прерванную связь и вернул эту часть нашей семейной истории на свое законное место. Есть еще две интересные ветки, которые я не до конца изучил – воронежская по отцовской линии и сибирская по маминой. О них я расскажу отдельно. Там все не менее занимательно, включая историю знаменитого сибирского атамана Кочкина, банда которого орудовала под Иркутском почти 10 лет после революции.

Он был сосед моей прабабушки по деревне. Он был застрелен в результате засады, а его мертвого сфотографировали с живой гражданской женой, а его забальзамированная голова долго находилась в запасниках местного музея. Такие времена были.